Лобготт Пипзам (lobgott) wrote,
Лобготт Пипзам
lobgott

Category:

Старый Петербург. Гутуевский остров






Гутуевский остров.

        Этот остров лежит при устье Невы, на левой руке, как-раз vis-à-vis с Чекушами. Лет двадцать тому назад, Гутуевский остров был почти пустырем, поросшим сорною травою. Но вот в 1885 году открыт был морской канал из Кронштадта в Петербург, в устье Невы, и Гутуевский остров стал быстро застраиваться. С.-Петербургский морской канал представляет собою грандиознейшее гидротехническое сооружение в Европе, стоимостью в 10.000,000 рублей. Он имеет в длину 26 верст, в ширину от 30 до 50 сажен. При входе канала в Неву, у Гутуевскаго острова, устроена «гавань» для остановки иностранных судов. Эта «гавань», или «ковш», как называют ее местные жители, может вместить в себе самые большие океанские пароходы.
        С открытием морского канала, исполнилась заветная мечта Петра Великаго — сделать Петербург морским портом, доступным для океанских кораблей иностранных держав; в настоящее время морския суда могут доставлять грузы прямо в петербургский порт, не прибегая к помощи перегрузных судов.
        К Морскому порту от николаевской железнодорожной линии проведена соединительная путиловская ветвь, благодаря которой иностранные товары, назначенные во внутрь России, перегружаются на Гутуевском острове из пароходов — в вагоны, для дальнейшаго следования в глубину России.
        Точно также русские товары, пришедшие по николаевской железной дороге, через путиловскую ветвь, к Морскому порту, выгружаются из вагонов — в пароходы. В интересах хлебной торговли, в 1889 году, в Морском порте, на самом взморье, сооружен колоссальных размеров элеватор или «зерноподъем» гг. Ворейши и Максимовича. Неуклюжее колоссальное здание, сераго цвета, невольно бросается в глаза — на плоских берегах Финскаго залива. Лишь только открылся Морской порт, — значение Калашниковской пристани, как главнаго хлебнаго рынка в Петербурге, стало падать: хлебные грузы все более и более тяготеют к новому порту. С перенесением экспорта хлеба в Морской порт, за Калашниковской пристанью останется, вероятно, значение простого склада запаснаго хлеба, необходимаго для продовольствия столичных обывателей.
        На Гутуевском острове, во время навигации, царит страшная сутолока. В «ковше» разгружаются и нагружаются иностранные пароходы всех наций — английские, немецкие, французские, американские и т. д., так-что деятельность на Гутуевском острове имеет международный характер. По путиловской ветви то и дело приезжают к берегу, к пристани, целыя вереницы вагонов. Около огромных пакгаузов, железных, окрашенных в черный цвет, — копошатся рабочие. Там и сям торчат в воздухе, изогнувшись в виде исполинскаго рога, подвижные краны — для поднятия тяжестей. Как ни велики пакгаузы, они не в состоянии вместить всех грузов, какие скопляются на пристани, и потому огромное большинство товаров лежит прямо на земле, под открытым небом, подвергаясь всем невзгодам петербургскаго климата. То тут, то там лежат на берегу целыя горы бочек, боченков, тюков, кип, мешков и т. п. — в ожидании перевозки. Многие товары для предохранения от дождя прикрыты брезентами.
        Новый порт есть прежде всего колоссальная станция — не только для Петербурга, но и для всей России. Недостаток крытых помещений для хранения товаров, хотя-бы, например, простых деревянных навесов, бросается в глаза всякому наблюдателю. Коммерсанты на это сильно жалуются. В новом порте вы увидите, например, такую картину, особенно осенью. Лежит на земле нисколько сот бочек слоями друг на дружке, а по сторонам этой груды — лужи воды. Понятно, нижния бочки портятся, мокнут. Выгрузка и нагрузка товаров с пароходов в пакгаузы, и с пакгаузов в пароходы, требует применения мускульнаго труда человека. Большой спрос вызывает и большое предложение.
        Морской порт привлекает к себе многочисленных рабочих: здесь организовались артели рабочих — для переноски тяжестей. Когда по «Межевой линии», на Гутуевском острове, вы идете к пристани, то направо заметите целый ряд небольших деревянных домиков; на каждом домике имеется вывеска с надписью: например, «Дрягильская артель», «Спасская артель», «Владимирская артель», «Московская артель», «Ярославская артель» и т. п.
        Все эти домики устроены артелями рабочих. Каждый домик есть не что иное, как контора артели, где принимаются заказы на работу, а также производится счет. В Морском порте насчитывается двадцать три артели. В каждой артели от тридцати до шестисот рабочих. Обыкновенно, артель из своей среды выбирает: 1) старосту артели, который принимаете от коммерсантов заказы, и 2) писаря, который ведет деловую переписку и счет по книгам.
        Всякий артельщик, при своем вступлении в артель, вносит капитал от 500 до 2,000 рублей, смотря по размерам оборотов артели. Этот капитал служит обезпечением добросовестности артельщика.
        Не всякий может внести сразу подобную сумму, и потому артельщик нередко вносит только часть обязательнаго взноса, а остальную часть «заживает», т.-е., из причитающегося жалованья производится вычет в счет взноса. Чтобы составить себе более или менее ясное понятие о деятельности артельщиков, следует присмотреться к их работе. Для выгрузки товаров с парохода, требуется от 50 до 100 человек рабочих, смотря по величине парохода. Если на пристани, положим, стоит десять пароходов, вот уже надо от 500 до 1,000 рабочих. Вся эта рабочая сила доставляется артельщиками. Более чистую работу артельщики исполняют сами, а для носки тяжестей подряжают на целое лето рабочих, а при случае нанимают еще и поденьщиков, если дел много. Сами артельщики исполняю, например, следующия обязанности: «выгрузного», «караульнаго», «весовщика», «приемщика» и т.п.
        Выгрузной отбирает от хозяина сведения о товаре, который надо выгрузить на берег — для этого он берет от хозяина или «пробу» товара, или «марку» товара. Если товар весовой, то «весовщик» весит товар. Когда товар выгружают на берег, то охранять становят «караульщиков», которые бывают денные и ночные. Наемные носильщики исполняют самую тяжелую работу — выгрузку товара с парохода в пакгауз или просто на берег. Способ выгрузки — различный, смотря по товару, например, бочки катают по земле, мешки возят в тачки или носят на спине, подцепив крючком. Во время навигации, когда работы много, поденьщики собираются на биржу, под деревянный навес, специально устроенный на берегу для найма рабочих. Ежедневно по утрам сюда приходят артельщики для найма поденьщиков.
        Поденная плата весьма различна, смотря по работе. Осенью платили по 60-70 коп. в один день, с 6 часов утра до 6 часов вечера. В полдень дается один час для обеда. Во время работы каждый поденьщик успевает выгрузить около 1,000 пудов в один день!.. По словам самих поденьщиков, артельщики зорко следят, чтобы поденьщики не стояли зря, опустив руки. Нанимая поденьщиков, артельщики выдают каждому рабочему жестянку с обозначением имени артели.
Если на жестянке, например, значится «Ярославская артель», то вечером поденьщик и идет в контору поименованной артели за разсчетом. Во время разгара навигации, в Морском порте работает от 2,000 до 3,000 рабочих. Вообще — сюда идет дюжий крепкий народ, с сильно развитою мускулатурою. Какой-нибудь тщедушный мужиченко и сам не пойдет в поденьщики, чтобы не насмешить своих товарищей. Для вербовки рабочих, артельщики еще зимою ездят в деревни, подряжать крестьян — на работы, в Морской порт.
        По окончании навигации, артели производят разсчет с купеческими фирмами. В это время и бывает так называемый «дуван»: артель делит между собою то количество денег, которое еще осталось за вычетом розданнаго жалованья. Почти рядом с Морским портом, на Гутуевском-же острове, находится «Сельдяной буян», куда привозятся на кораблях заграничныя сельди — из Шотландии, Голландии и Норвегии. Когда вы вступите на Сельдяной буян, то ощущаете особую сельдяную атмосферу. Огромные амбары, ледник по американской системе, деревянные навесы, тянущиеся вдоль берега, и пристань, у которой разгружается какой-нибудь пароход — вот и вся незатейливая картина Сельдянаго буяна; но она оживляется рабочими, которые с утра до вечера катают по гладкому засаленному полу бочки с сельдями. В горячее время этим делом бывает занято от 100 до 150 человек.
        Мостовая вымощена досками, чтобы удобнее было катать бочки с парохода прямо в кладовыя. Вооружившись шестом с железным наконечником, рабочие очень легко перекатывают бочки. В течение навигации на Сельдяной буян привозят от 50,000 до 70,000 бочек и полубочек. В каждой бочке умещается от 500 до 1000 штук и более сельдей, смотря по величине их. На Сельдяном буяне в розницу не торгуют, а нисколько оптовых торговцев скупают весь товар; самый крупный из них производит около 10,000 бочек в год. Шотландския селедки совсем вытеснили с петербургскаго рынка сельди голландские: этих последних привозят очень мало. Как известно, в Петербурге сельди продаются в разнос, бабами-торговками, которыя ходят по дворам «на крик».
        Торговки до сих пор еще выкрикивают: «селедки голландския!», хотя ни у одной из них не найдете голландских сельдей, а все — шотландския. Торговки знают это, но боятся переменить это название товара!
        Как-раз посредине между Морским портом и Сельдяным буяном, на берегу Невы, стоит «брандвахта», где каждое вновь пришедшее судно предъявляет свой паспорт. Персонал служащих на брандвахте состоит из командира, нескольких офицеров и нижних чинов. Кроме того, в ведении брандвахты находится до десятка небольших пароходов, которые, безпрестанно шныряют в устьях Невы, встречая прибывшая судна. Самая брандвахта представляет собою высокоподнимающуюся вышку с развивающимся на ней таможенным флагом. С этой вышки зорко следят за всяким вновь пришедшим судном. Отсюда открывается великолепный вид на взморье. Вдали видны рыбацкия тони. Вооружившись подзорной трубою, таможенный Аргуз, в образе часоваго. не пропустит в Петербурга никакой подозрительной лодчонки. Как только судно покажется на горизонте, вахтенный дает знать дежурному офицеру, который на пароходе едет встречать прибывшаго гостя. У судна спрашивают билет, и затем его провожают в таможню, для сбора государственной пошлины с привознаго товара. В течение года через бдительное око брандвахты проходит около 2000 всевозможных иностранных судов: более всех — английских, около 600, потом — немецких, около 400, норвежских — около 200 и т. д. Как только Гутуевский остров стал застраиваться и заселяться, приступили к сооружению храма; в настоящее время близится к окончанию большая церковь во имя Благовещения; она стоит против Сельдянаго буяна. Подобно Чекушам, Гутуевский остров представляет собою приморскую окраину столицы. Он далеко выдвигается в море.
        Гутуевский остров далеко еще не застроен; он переживает переходное время. Основание Морскаго порта вызвало этот остров к новой жизни. Улицы еще только намечены, но не застроены домами. Надо полагать, что Гутуевский остров имеет хорошую будущность.


Из книги А.А.Бахтиарова "Пролетариат и уличные типы Петербурга. Бытовые очерки", 1895 год.


Tags: 1895 год, бахтиаров анатолий александрович, санкт-петербург
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments