Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Лобготт Пипзам

Про Петроград



          Долго ждал я случая проехать в Петроград, наконец случай представился, билет получил с трудом, пол дня простояв в очереди. Поезда между Петроградом и Москвой ходят прекрасно — в пути 14 часов. Спальные вагоны б. Международного Общества, даже вагон ресторан. Вагоны содержатся в безукоризненной чистоте; плата высокая — за спальное место в Международном вагоне берут около 20 руб. золотом. Ложусь спать. На утро просыпаюсь в Малой Вишере. Поезд стоит 10 минут. Наскоро поспеваю выпить стакан кофе. Следующая остановка до Петрограда — Любань. Мелькают знакомые места: Тосно, Саблино, Поповка, Колпино... Начинают появляться фабрики и заводы, но большею частью бездействующие — »консервируются«. Безпрерывные дожди затопили все вокруг, поля гниют — печальная картина. Должен признаться — в чрезвычайном волнении подъезжал я к Петрограду.
Collapse )

Лобготт Пипзам

Про Москву



          Москва! Первое впечатление печальное. Повсюду грязь, бедность, безпорядок. Праздничный день. Вокруг много пешеходов; но внешне толпа серая, бедно одетая. Много магазинов; на каждом шагу трактиры и пивные, читаю старые знакомые надписи: »Свидание друзей«, »Перепутье«, »Есть бельярды и крупные раки«... Подъезжаю к Сухаревке. Вот уж действительно море голов! Ларьки, товары все тонет в волнующейся, шумящей людской массе. Всюду видна милиция. Еду дальше — Лубянка, Г. П. У. Дом как дом, ничем особенно не примечателен. И многочисленные пешеходы проходят мимо не обращая на дом никакого внимания. Но вот и стены Кремля. Но все кажется каким то захудалым, убогим... Вспоминаю, что кто то из великих русских писателей говорил, что каждый раз, возвращаясь из за границы в Россию, он приходил в отчаяние от русской грязи и бедноты; хотелось ему всегда повернуть обратно в Европу.
Collapse )

Лобготт Пипзам

Москва. 1957 год



          Москва — самая большая деревня в мире — не соответствует привычным человеку пропорциям. Лишенная зелени, она изнуряет, подавляет. Московские здания — те же самые украинские домишки, увеличенные до титанических размеров. Будто кто-то отпустил каменщикам столько пространства, денег и времени, сколько им надо, чтобы воплотить обуревающий их пафос украшательства. В самом центре встречаются провинциальные дворики — здесь сохнет на проволоке белье, а женщины кормят грудью детей. Но и эти сельские уголки имеют иные пропорции. Скромный московский трехэтажный дом по высоте равен общественному пятиэтажному зданию в западном городе и несомненно дороже, внушительней и нарядней. Некоторые из них кажутся просто вышитыми на машинке. Мрамор не оставляет места стеклу, почти не заметно торговой жизни, редкие витрины государственных магазинов — скудные и незамысловатые — подавляет кондитерская архитектура. По обширным пространствам, предназначенным для пешеходов, медленно движется, словно низвергающий поток лавы, все сметающая на пути толпа. Я испытал не поддающееся определению чувство — как если бы впервые очутился на луне, — когда автомобиль, что вез меня в гостиницу, на свой страх и риск двинулся по нескончаемой улице Горького. Я решил, что для заполнения Москвы необходимо по меньшей мере 20 млн. человек, переводчик же сдержанно уверил меня, что в Москве только 5 млн. и самая сложная городская проблема — это нехватка жилья.
Collapse )

Лобготт Пипзам

Про тульских женщин


         Народ здешний трудолюбив, здоров, имеет вид веселый и вольный; мущины здесь, иначе нежели в Калуге, красивее женщин; сии не имеют ни малейшей той живности, какая есть в мущинах, и телом бледны; когда же уберутся, белятся чрезвычайно и румянят щеки кружком густо, что по праздникам делает их еще отвратительнее, нежели в будни. Платье женское обыкновенное Русское, сарафан или юбка, сверьху телогрейка, а по том спереди как у баб, так и девок, вместо фартука запан с короткими рукавами, который под грудью повязывают туго, так что брюхо все выйдет на ружу, и не льзя почти распознать, которая из них брюхата, и которая нет. На голове носят кокошники горизонтальные с острыми назади углами, которые напротив того в Калуге носят стоймя, а сверьх оных обертываются белыми кисеями. Девки любят носит колпаки с выставленною назади косою, что им и не пристало.

"Путешественныя записки Василья Зуева от С. Петербурга до Херсона в 1781 и 1782 году" (изданы в 1787 году).


Лобготт Пипзам

Москва — девятьсот девятнадцатого


          Слиплись и смерзлись дома Москвы стенами и заборами. Догадливый художник-гравер Иван Павлов спешно зарисовывал и резал на дереве исчезавшую красу деревянных домиков. Сегодня рисовал, а в ночь назавтра приходили тени в валенках, трусливые и дерзкие, и, зорко осмотревшись по сторонам и прислушавшись, отрывали доски, начав с забора. Увозили на санках, — только бы не наскочить на милицию.
Collapse )

Лобготт Пипзам

Про Москву


         — — в тот день в Москве, как в каждые дни, в миллионном городе Третьего Интернационала, в столице первого на земном шаре социалистического государства — за фасадами столицы — за волей видеть и не видеть — за вывесками, гудами, гудками и звонами заводов, паровозов, автобусов — за бодростью дней воли, дел, деяний, свершений — —
Collapse )